Совсем недавно появились слухи о том, что компания Google проводит переговоры с одним из самых крупных провайдеров США, компанией Verizon. Якобы они велись с тем, чтобы доступ к службам Google происходил в приоритетном порядке. Эти сведения вызвали сильную волну протеста среди людей, посчитавших такую практику угрозой свободы Интернета. В результате руководство Google официально опровергло данные слухи.

Не успели улечься страсти по этому поводу, как главный исполнительный директор компании Эрик Шмидт (Eric Schmidt) выступил с ещё более ошеломляющим заявлением, которое многие могут посчитать также посягательством на свободу. Во время конференции Techonomy в августе он сказал, что конец анонимности пользователей состоится в ближайшей перспективе «для предотвращения злоупотреблений информацией в криминальных и антисоциальных целях».

«Единственный путь управления этим — настоящая прозрачность и отсутствие анонимности. В мире анонимных атак слишком опасно обходиться без способов идентификации личности. Мы нуждаемся в [подтверждённой] именной службе для людей. Она будет необходима и правительствам».

Такое заявление не выглядит чем-то уж слишком шокирующим или революционным, учитывая тот факт, что Google и многие другие компании собирают всё больше данных о людях, привязывая их к десяткам удобных служб.

Сейчас провайдеры в США могут по запросу службы безопасности предоставить все данные своего клиента без уведомления его об этом; многими компаниями для различных нужд собирается подробная статистика о пользователях, разрабатываются всё более изощрённые рекламные системы, ориентированные уже на движения людей с мобильными телефонами в пространстве. Прибавьте к этому различные социальные сети и дневники. Современный пользователь Интернета уже почти лишён анонимности.

Конечно, анонимность в Интернете приводит к таким негативным факторам, как, к примеру, пиратство или мошенничество, неконтролируемое распространению спама, вирусов, порнографии и прочее. Многим хотелось бы обезопасить себя, а тем более своих детей от негативной и тлетворной информации, от оскорблений, от различных действий злоумышленников, от кражи интеллектуальной собственности и от многих других пагубных явлений. Во многом это мо-

жет быть обеспечено обязательной идентификацией пользователей.

Но если пиратства не станет, будут ли правообладатели игр, программ, фильмов и книг благодаря увеличению своих доходов снижать стоимость продуктов? Ограничатся ли сверхприбыли, которые многим из них удаётся получать даже в нашу эпоху широкого пиратства? Или же цены на виртуальные продукты останутся на прежнем уровне, и компании будут получать деньги уже за каждую распространённую копию, не идя ни на какие ценовые компромиссы? Уже сейчас лицензионные права во многих областях тормозят их развитие.

Наконец, «свободный Интернет» при всех его минусах в настоящее время является более или менее непредвзятой альтернативой традиционным СМИ. А идентификация пользователей позволит легко осуществлять тотальный контроль за выражением мыслей и действиями людей в информационном поле. У государств появится непреодолимое искушение использовать возможность контроля «во благо». А ведь никто не застрахован от появления новых тираний вроде СССР или нацисткой Германии, которые могут привести к существованию лишь одного разрешённого в Интернете мнения «партии». Конечно, эти и многие другие опасности существуют. Однако нельзя не отметить, что Интернет неуклонно идёт по пути отхода от анонимности.